
Владимир Высоцкий приезжал в Ижевск и Глазов с концертами в апреле 1979 года. Поклонники артиста вели стенограмму с его выступлений. «Комсомолке» удалось найти это архивные записи. Публикуем самые интересные высказывания Высоцкого.
О театре «На Таганке»
«Если вы попадёте в Москву и попытаетесь попасть к нам на спектакли, то заранее вас предупреждаю, что у вас ничего не выйдет. Вам нужно будет прорваться через кордоны милиции, пожарников, дружинников, прибежать к директору в кабинет, упасть на колени, сказать: «Здравствуйте, мы из Ижевска». И он всё равно ничего не сделает. Тогда, значит, нужно найти кого-нибудь из нас, благо теперь мы с вами знакомы и сказать, там, Валерий, Дима или Володя, помогите. Мы чего-нибудь будем придумывать. Только я прошу вас не все сразу, потому что у нас театр маленький, у нас всего 650 мест, но нам строят новый большой, на 750».
О форме концерта
«Я никогда свои выступления не называю эстрадными концертами и вообще концертами. Для меня это встречи с людьми, которые мне, может быть, больше даже необходимы, чем вам. Потому что я могу такому большому количеству людей рассказать о том, что меня беспокоит и волнует в этой жизни, в надежде на то, что вас это тоже, точно так же, беспокоит».
Об аплодисментах
«Мне кажется, что если вы громко хлопаете, то вы разобьёте себе впечатление, понимаете? Может, я ошибаюсь. Ну, короче говоря, если так взорвались, я подниму руку и остановились, да? Тогда я больше успею спеть, кстати говоря. Аплодисменты здесь дело третье, не самое главное. Самое главное - атмосфера, вот этот контакт. Чтобы как дома. Потому что ведь, в общем, эти песни предназначены только близким друзьям. И я не рассчитывал на то, что у меня в будущем будут такие громадные залы, аудитории, дворцы, стадионы».
О свете в зале
«Я прошу зажечь всегда свет в зрительном зале во время моих выступлений. Вы не только его не зажгли, ещё взяли эти фонари, которые, по-моему, никому не нужны ни черта! Правда? И вам мешают они, да? Какой-то дурацкий свет непонятный… Я предупреждал, что это никакой не эстрадный концерт, не надо меня так высвечивать, как будто я - клоун на арене. Серьёзно, уберите центральный фонарь, я вас прошу. Спасибо. А то не видно людей. Вообще, работаешь не для того же, чтобы показывать, как ты одет или как выглядишь (аплодисменты в зале)».

Об оружии
«Сегодня в зале присутствуют мои друзья, которые стали друзьями после одной встречи сегодняшней. Я был сегодня на Механическом заводе, мне показывали изумительные вещи - ружья, пистолеты спортивные, охотничьи. И мне хотелось бы им просто спеть пару песен — им и вам, конечно, эти песни для всех предназначены».
О текстах
«Я часто получаю письма на театр или домой, в которых люди спрашивают, не воевал ли я, не плавал ли, не сидел ли, не летал ли, не шоферил ли и так далее. Это из-за того, что почти все мои песни написаны от первого лица. Я всегда говорю «я», но это не от нескромности или там ячества, а из-за того, что песни, это не… Это не потому что я прошёл через всё это, буквально через всё, а потому, что во всех этих вещах, которые я сам сочиняю, пишу и текст, и музыку и сам исполняю перед вами в них есть моё мнение и отношение к тому, о чём я пою».
О голосе
«Уж чего делать не надо (о подражании - прим. автора), потому что это довольно глупо. Я вам должен сказать, что думают так: вот надо сорвать голос, каким-то образом, там выпить холодного пива или в форточку подышать, поорать сильно, значит, сорвать голос и будет под Высоцкого. Это неправда. Во-первых потому что я ничего со своим голосом не делал. Он у меня всегда такой был, от папы с мамой, ещё с детства, когда я был малолеткой, я пел, читал стихи каким-то взрослым людям и они говорили: «Надо же какой маленький, а как пьёт!».
О зависимости от алкоголя
«Теперь я вам спою песню, которая направлена против «зелёного змия». Мне говорят: «Ты, говорят, тут такие песни не пой, Володя! Потому что тут в Ижевске уже с борьбой покончено». (смех в зале) То есть с «зелёным змием», я имею в виду, а борьба осталась, как раз, я думаю. Вот я значит, (смеётся) в поддержку этой борьбы спою вам песню. У меня их много таких - про алкоголиков (смеётся)».
Про Шона Коннери
«Шуточная песня называется «Про Джеймса Бонда». Есть такой знаменитый артист на Западе, называется он Шон Коннери. Он играл Джеймса Бонда, супермена, супершпиона, суперагента во многих фильмах по романам Яна Флеминга, назывался он агент 007. Значит, вот этот самый Шон Коннери был приглашён к нам сниматься в картине «Красная палатка». А надо вам сказать, он такой популярный человек, что ходит с охраной, живёт где, неизвестно, потому что он опасается поклонников. Когда он приехал к нам, спустился на нашу землю с опаской, вдруг обратил внимание, что никто на него никакого особенного внимания не обращает, никаких претензий нет к нему. И никто на него не бросается, так пройдут, только что не плюнут, а в общем никакого уважения особого не выказывают, потому что он в жизни никакой не супер, а респектабельный господин лет пятидесяти, очень милый, но не супер. Вот. Ну ходит и ходит человек - на здоровье. И он через пару недель попросил, говорит, надо всё-таки хотя бы товарищам по работе устроить вечеринку, хоть объяснить, кто я такой, показать картину и так далее. Ну, картину они показали, а вечеринку устроили. Все говорят: «Да, с удовольствием!», на дармовщинку все согласны были тут же. И он организовал стол в гостинице «Советской». Был замечательный стол, он купил разных напитков иностранных за валюту в «Берёзке» и, значит, накрыл стол. Всех развлекал он, был очень такой добрый и симпатичный. Правда, развлекал всех по-английски, а там в этой компании уже и по-русски к концу вечера не особенно могли. Ну, в общем, они там всё выпили, съели да ушли, и опять никакого эффекта не было. И он, вероятно, сидел у разрушенного стола и повторял, что Россия - это таинственная страна, как ему и говорили».
Автор благодарит портал www.vv.uka.ru и, в частности, Николая Цанкова и Алексея Еськова за помощь в подготовке материала.