Премия Рунета-2020
Ижевск
-12°
Boom metrics
Общество13 ноября 2023 13:29

Дружите, не деритесь: распространен ли буллинг в школах Удмуртии и как с ним борются

Более 50% опрошенных жителей Ижевска признались, что их травили в школе
Почему в буллинге три стороны, а не две, и кто на самом деле жертва. Фото: elements.envato.com

Почему в буллинге три стороны, а не две, и кто на самом деле жертва. Фото: elements.envato.com

Буллинг, или травля, – одна из серьезных проблем школы и общества. Проблема не новая, но в последние годы взгляд на нее был существенно пересмотрен. У подростков появились в распоряжении более изощренные способы издевательств. Например, в 2019 году ижевские школьники жестоко избили одноклассницу, сняв весь процесс на видео и выложив в интернет на всеобщее обозрение. Но вместе с тем повысилась и нетерпимость к буллингу. Сейчас все реже на травлю закрывают глаза. Но откуда вообще берется такая агрессия у детей? И что могут сделать взрослые?

На эти и другое вопросы о буллинге «КП – Ижевск» отвечает вместе с экспертами – уполномоченным по правам ребенка в Удмуртии Ольгой Авдеевой и детским психологом, специалистом по семейным и детско-родительским отношениям Натальей Половайкиной.

Здесь все стороны – жертвы

Как отмечает Ольга Авдеева, проблема буллинга была всегда, хотя название, которое теперь у всех на слуху, появилось относительно недавно. И серьезно заблуждаются те, кто считает намеренную травлю «обычным детским конфликтом». Это совершенно разные вещи, и мотивы в том и другом случае у противоборствующих сторон также разные.

Конфликт, как правило, – разовое явление, которое происходит из-за столкновения интересов. Буллинг – это регулярное унижение одного человека другим «просто потому что». Объективной причины для травли нет. Как правило, агрессор выбирает себе жертву, которая не может дать отпор, а предлогом для преследования может стать все что угодно: мировоззрение, поведенческие черты или даже элементы внешнего облика. Рыжий, очкарик, заика – вот классические жертвы буллинга в школах советского периода. В 90-е школьники чаще стали травить тех, кто бедно одет, и тех, кто смотрит и слушает не то, что модно. С приходом 2000-х поводом для травли стало отсутствие дорогих гаджетов.

Обычно травле подвергаются нерешительные дети и подростки. Фото: elements.envato.com

Обычно травле подвергаются нерешительные дети и подростки. Фото: elements.envato.com

«Помимо того, что буллинг – это систематическая история, в нем, в отличие от рядового конфликта, не две стороны, а три. Третья сторона – это наблюдатель. Буллинг всегда происходит на глазах у общественности. И на самом деле все эти стороны – жертвы, даже агрессор. Он ведет себя подобным образом не потому, что он плохой по умолчанию. Просто он испытывает сложности, которые ему никто не помог решить. Наблюдатели в этой ситуации также находятся в состоянии стресса, так как осознают: они могут стать следующими», – объясняет Наталья Половайкина.

Психолог называет буллинг в школе не проблемой конкретных ребят, а проблемой всего коллектива.

«У детей нужно развивать эмоциональный интеллект»

Корнем проблемы является неумение детей общаться, считает Наталья Половайкина. Но виноваты в этом не сами дети, а взрослые, которые их не научили.

«Еще до школы, с 3-4 лет у детей нужно развивать эмоциональный интеллект. Что это такое? Это когда мы понимаем свои чувства и можем выразить их словами; понимаем чувства другого человека и то, что мы можем их ранить; понимаем, что у каждого человека есть границы, и чувствуем свои границы. Многие родители не уделяют этому должного внимания. Они отдают чадо в «развивашки», заботятся о том, чтобы ребенок научился читать, писать и считать лучше и раньше других. Но мало кто учит ребенка разговаривать, общаться и правильно воспринимать окружающих. А это тоже навык. Обязательно нужно говорить ребенку, что все люди разные: они по-разному выглядят, говорят, думают, они по-разному одеты. И все они нормальные. В мире нет ненормальных людей», – говорит психолог.

Иногда буллер страдает так же сильно, как его жертва. Фото: elements.envato.com

Иногда буллер страдает так же сильно, как его жертва. Фото: elements.envato.com

Дети с развитым эмоциональным интеллектом, как правило, не становятся ни агрессорами, ни жертвами буллинга, потому что имеют перед собой широкий выбор взаимодействия со сверстниками. А вот ребенок, эмоциональный интеллект которого развит плохо, ведет себя подобно нашим хвостатым предкам, для которых было нормально устанавливать иерархию за счет грубой силы.

«Наш мозг развивается неравномерно. До 23 лет лобные доли, отвечающие за торможение, еще растут, а у подростков 13-14 лет они вообще развиты лишь процентов на 60. То есть тормозить свое поведение дети часто не могут физически. И сильные эмоции, например, гнев, могут легко одерживать верх над разумом. А думать о последствиях человек в 14 лет еще не умеет», – рассказывает Наталья Половайкина.

Таким образом, агрессия – это одна из древних базовых реакций. Но мы живем в обществе, а не в звериной стае, и насилие ни в коем случае не должно являться для нас нормой. К сожалению, у детей оно может стать средством получения внимания и эмоционального отклика, если больше ребенок ни в чем не преуспел, а взрослые не захотели ему помочь.

Учитель должен помочь разобраться в конфликте. Фото: elements.envato.com

Учитель должен помочь разобраться в конфликте. Фото: elements.envato.com

«Дети сами хорошо понимают, кого буллят, – тех, кто не может за себя постоять, несмелых и робких. Они также четко понимают, кто такой буллер, – это ребенок, которому чего-то не хватает. Возможно, он сам подвергается унижению дома, возможно, даже физическому насилию. В школе он ищет слабого, чтобы отыграться, потому что дома взрослые и у него пока нет сил с ними тягаться. Ключевое слово здесь – «пока». Мы всегда говорим об этом с родителями. Ведь ребенок, который чувствует себя успешным, чувствует уважение к своей личности, не самоутверждается через жестокость к слабым», – отмечает уполномоченный по правам ребенка в Удмуртии.

Что делать, если ребенка буллят?

Печальнее всего то, что родители могут даже не замечать изменений, которые происходят с их ребенком. Жертвы буллинга часто вообще ничего не рассказывают дома. Особенно если у такого ребенка нет доверительных отношений с мамой и папой. Разговор вида «как дела в школе?» – «нормально», который происходит между делом, конечно же не даст родителям никакого представления о школьной жизни их чада. Поэтому первое, что можно посоветовать родителям, – это наладить с ребенком контакт. Но догадаться о травле можно, конечно, и по косвенным признакам. Опять же для этого необходимо интересоваться собственным ребенком.

«Что должно насторожить родителей? Первое: негативное отношение к школе. Ребенок, который подвергается травле, не хочет ходить на занятия и прилагает все усилия, чтобы этого не делать. Он может прогуливать, притворяться больным или даже на самом деле болеть, – на фоне переживаний часто проявляются психосоматические недуги. После школы у ребенка регулярно бывает плохое настроение. Он подавлен, часто плачет без видимой причины. На любые вопросы о школьной жизни и одноклассниках отвечает односложно. Порванная одежда, грязный рюкзак, сломанные школьные принадлежности – тоже тревожные звоночки», – перечисляет Наталья Половайкина.

Часто родители даже не знают, что их ребенка обижают в школе. Фото: elements.envato.com

Часто родители даже не знают, что их ребенка обижают в школе. Фото: elements.envato.com

А вот учителя обычно замечают все. Но, по словам Ольги Авдеевой, опросы показывают: дети часто не ждут от педагогов никакой поддержки. Подобное недоверие – очень плохой знак. Это означает, что до сих пор находятся учителя, которые видят школьную травлю, но ничего не предпринимают. Кто-то просто не знает, что с этим делать, кто-то считает такие «игры» детей вариантом нормы, а кто-то просто не желает браться за «неудобных» детей, предоставляя разбираться с ними сверстникам.

Помимо равнодушия самая частая ошибка со стороны учителей – просто развести противоборствующие стороны по разным углам. Или, еще хуже, – наказать «зачинщика», предварительно не разобравшись. Нередко за агрессию принимаются попытки защититься. Это миф, что жертвы буллеров всегда покорно сносят издевки.

«В среде школьников почему-то стыдно звать учителя. Ребенок боится, что сверстники его назовут «стукачом». Но если учитель предложит помощь не в формулировке «я найду и накажу виновных», а в формулировке «я помогу вам разобраться и поступить правильно», неужели дети не обратятся к такому педагогу?» – говорит Наталья Половайкина.

Как же правильно вести себя взрослым, если они узнают о травле среди детей?

«Часто родители, узнав о том, что ребенок не ладит с кем-то из одноклассников, говорят: «Ты должен с ним дружить». Но это подмена понятий. Дружить с кем бы то ни было ребенок совершенно не обязан. Однако он должен уметь уважать чужие интересы. Или другая крайность: «Дай сдачи!» Этот, на первый взгляд, безобидный совет может привести к страшным последствиям. Да, ударить – тоже вариант, но ребенок должен понимать, что он не единственный и не основной. И важно, чтобы адекватный взрослый смог это объяснить», – объясняет психолог.

Игнорировать насмешки правильно, но непросто. Фото: elements.envato.com

Игнорировать насмешки правильно, но непросто. Фото: elements.envato.com

Первое, что следует сделать родителю, – это разобрать с ребенком все, что происходит. Например, некий Вася дерется. А давайте посмотрим, что у него не так в жизни? Почему ему так больно, что он так себя ведет? И давайте подумаем, что можно сделать или сказать в ответ?

Важно объяснить ребенку, что в том случае, если агрессор не понимает слов и не позволяет себя игнорировать, следует все-таки позвать учителя. При этом родители также должны сами пообщаться с педагогом и, по возможности, с родителями другого ребенка. Но ни в коем случае не в стиле «ваш Петя – хулиган, приструните его». Спокойно обсудите, почему произошло недопонимание и каковы пути решения.

Задача школы – определить, кто на самом деле является инициатором травли, и также провести беседу.

«С родителями и детьми мы говорим об ответственности. Унижение и угроза физической расправы – это уголовная статья. И фраза «ему всего 10 лет» – не аргумент. У нас есть центр временного содержания несовершеннолетних нарушителей, который не пустует. Туда попадают по решению суда. Самому юному воспитаннику там сейчас семь лет. Мы объясняем родителям, что это учреждение, подведомственное МВД, а не Минобразованию, там решетки на окнах и все люди в форме. И попадание в такое учреждение так или иначе накладывает негативный отпечаток на будущее ребенка. Родители это, как правило, понимают», – рассказывает Ольга Авдеева.

Вместе с тем напугать, конечно, недостаточно. Ребенка важно поддержать, даже если он оступился. С буллером должны поработать педагоги и психологи. Очень важно, чтобы рядом были взрослые, которые могут понять, чего именно не хватает такому ребенку, и предложат альтернативу, где можно проявить себя, не причиняя никому ущерба.

Можно ли искоренить буллинг?

Как отмечает уполномоченный по правам ребенка в Удмуртии Ольга Авдеева, оценить масштабы буллинга в республике сложно. Тем не менее, когда с детьми говорят на эту тему, каждый второй признается, что наблюдал такое явление в своем окружении или даже становился жертвой. Если говорить о взрослых, то более 51% участников опроса, который провели в соцсетях наши коллеги с портала IZHLIFE, сообщили, что в школе их травили, и еще более 10% признались, что сами являлись буллерами. 35% опрошенных заявили, что с буллингом никогда не сталкивались.

«Мы никогда не скажем, что у нас школы без буллинга, но сейчас этой проблемой стали активно заниматься. Мы не даем закрывать на нее глаза. Безусловным достижением является тот факт, что в 2022 году не поступало в органы полиции ни одного сообщения, тогда как в прошлые годы единичные резонансные случаи все-таки были. Отмечу, что реакция в тех ситуациях была мгновенная и правильная. Я считаю, что по отношению к буллингу должна быть позиция непримиримости», – подчеркивает Ольга Авдеева.

Таким образом, главный вопрос заключается не в том, существует ли среди учеников травля, а в том, реагируют ли на нее педагоги и насколько правильно реагируют. По словам Ольги Авдеевой, какой-то письменной инструкции, как действовать учителям, если они видят травлю среди детей, не существует прежде всего потому, что каждая ситуация индивидуальна. Тем не менее четкое представление о том, что делать, как разговаривать и выявлять тревожные ситуации в детских коллективах, у педагогов уже сформировано.

«Из обязательного – это, конечно же, разговор с детьми: и с той, и с другой стороной. Обязательно – разговор с родителями той и другой стороны. Также на базе каждой школы должны существовать службы медиации, или школьные службы примирения, под руководством психолога или опытного педагога. Это предусмотрено законодательством. Но пока, к сожалению, они созданы не везде. Такая служба занимается не только погашением конфликтов. Прежде всего это обучение детей бесконфликтной коммуникации. Например, на занятиях разыгрываются разные ситуации, и дети узнают, как себя в них вести. Есть медиативные службы на уровне муниципалитетов. Как пример мы часто приводим Игру. Там успешно функционирует такая служба. Если происходит конфликт, стороны садятся за стол переговоров, проговаривают причины того, что происходит, и вместе разрабатывают план выхода из ситуации», – рассказала уполномоченный по правам ребенка в Удмуртии.

Одним из положительных изменений последних лет является повышение доверия к школьным психологическим службам. Если раньше бытовало стойкое убеждение, что тот, кто обращается к психологу, – это «псих», то теперь это не так. Некоторые сложности еще остаются в сельской местности, где все друг друга знают, и школьный психолог запросто может быть соседом, который живет на той же улице. В этом случае обращаться за помощью сложнее. Но проблему научились решать при помощи выездных консультаций психологов из других учреждений.

Детский психолог Наталья Половайкина также напоминает о такой важной части профилактики буллинга в детских коллективах, как совместные проекты и командообразующие мероприятия. Все это помогает создать для детей здоровую психологическую среду. В такой среде даже отпетый хулиган начнет вести себя сдержанно, потому что поймет: здесь демонстрировать агрессию не принято, уверен эксперт.

Ищите нас в Telegram и Viber – там самая актуальная и оперативная информация от «КП-Ижевск».